Теннис | Настольный теннис | Волейбол | СПОРТИВНАЯ ПСИХОЛОГИЯ | Настольный теннис СССР | Форум | Правила | Обратная связь | RSS | Рубрикатор |
Материалы нашего сайта посвящены популярным спортивным играм мячом через сетку - большому теннису, волейболу, настольному теннису. В публикациях широко представлены теория этих и других спортивных игр и атлетики в целом, а также некоторые аспекты философии спорта, спортивной психологии и медицины.
        » SARAGOVI Pablo
Популярные спортивные игры » Настольный теннис » игроки настольного тенниса
 

 
 

Эдуард Фримерман : "Станислав Гомозков - Лучший левый удар эпохи"

17 апреля 2011 | Автор: Су-27  | Просмотров: 6738 |



Станислав Гомозков
Лучший левый удар эпохи


Эдуард Фримерман : "Станислав Гомозков - Лучший левый удар эпохи"


Со школьной скамьи — на пьедестал
«Неужели прошло уже 40 лет?!» - задаю я сам себе вопрос. И вынужден констатировать: да, как ни считай, но прошло уже четыре десятилетия с того дня, когда 16-летний московский школьник Станислав Гомозков стал чемпионом СССР по настольному теннису... Уже прошло 30 лет, как он получил свою единственную золотую медаль на чемпионате мира в Калькутте, выиграв в паре со свердловчанкой Татьяной Фердман (потом она станет Кутергиной, выйдя замуж за свердловского хоккеиста из легендарнго ЦСКА) финал у соотечественников — Саркиса Сархаяна и Эльмиры Антонян. И опять надо признаться: да, так и есть, с того памятного события в его богатой достижениями жизни минуло уже три десятилетия! Банально, но все-таки как же быстро летит время! Попытаюсь повернуть его вспять. В чем-то поможет память, в чем-то — теперь уже не Стасик, а Станислав Николаевич Гомозков...
Тогда, в феврале 65-го, позвонил мне приятель из Харькова, где проходил XV чемпионат СССР, и рассказал о победе Станислава. Первым делом звоню его родителями,
Александре Васильевне и Николаю Сергеевичу, поздравить. Будучи людьми чрезвычайно хлебосольными и гостеприимными, они в ответ приглашают отметить столь радостное для семьи событие. Благодарю, а затем, узнав у Александры Васильевны телефон московской школы № 639, звоню туда и прошу соединить с преподавателем физкультуры Александром Карпушиным. Сейчас, по прошествии стольких лет, естественно, в точности передать, что он рассказал мне об одном из учеников 10-го класса, не смогу, но по сути воспроизведу:
— Ну, во-первых, спасибо за поздравление, знаете, вся школа гудит, ведь чемпионов-то Союза до сих пор у нас не было. Что сказать о Станиславе? Парень очень скромный, прилежный, хорошо справляется со всей школьной программой, хотя из-за отлучек на соревнования ему частенько приходится догонять сверстников. И вот что еще хочу сказать. У Станислава - замечательное качество: он всегда с уважением относится к сопернику. Вот, к примеру, недавно сборная команда нашей школы по настольному теннису встречалась с ребятами из другой школы, среди которых сильнейший игрок имел 2-й спортивный разряд. Станислав, понятно, на несколько порядков выше классом, однако я не заметил в его игре и намека на пренебрежительное отношение к противнику. Поверьте, уважение к человеку — это многого стоит... Впервые он взял ракетку в 59-м, в неполные 11 лет. Спустя всего три года стал бронзовым призером юношеского чемпионата страны. Еще через год его фамилия появилась з списке кандидатов и в юношескую, и во взрослую сборные команды СССР.

Первые шаги долгого пути
Всякая дорога, даже самая длинная, начинается, как известно, с первого шага. Есть з Москве район Фили, там одно время Стасик жил с родителями. Обычный в ту пору московский двор. А в нем — неказистые столы, вокруг которых то и дело кружились тацаны. Стасик, конечно, среди них. А в сентябре как обычно, первый школьный день. \ в школе стоят два стола. Попробовал. И вскоре уже попал во вторую сборную школы Mq 190, а она — в школьный чемпионат Москвы. Главными «закоперщиками» соревнований были уже хорошо известный в столице Виктор Дубовик и тренер из «Трудовых эезервов» Александр Олейников. Вот они-то, понаблюдав за Стасиком, порекомендовали ему записаться в «Трудовые резервы» и начать тренироваться. На Бакунинской, 58, где главным тренером работал Владимир Михайлович Чечеров (нельзя здесь не вспомнить, что именно ему удалось в свое время открыть для футбольного мира великого Льва 1шина, о чем тот, в свою очередь, неоднократно рассказывал, называя учителя «дядя Володя». Ребята большой группой приехали на Бакунинскую, но Владимир Михайлович, посмотрев каждого из них в деле, оставил только Гомозкова, а остальным посоветовал продолжать заниматься в школьной секции.
В «Трудовых резервах» оказалось непросто. Там уже играли перворазрядники. Местный неписанный закон гласил: встал к столу, и если проиграл, — марш под стол. А как можно было не проиграть? Вот и получалось: несколько минут у стола, проиграл — под стол, жди своей очереди. Ждать приходилось порой по часу. Обидно? Еще как! Но ничего не поделаешь, таков закон. Тогда же ребята из первой сборной школы прослышали, что в Москве создается школьное спортобщество «Юность». Тренер этого общества пригласил их в зал, на достопамятную «Мархлевку» (ул. Мархлевского, кажется, 18).
Вот и получилось: пока он, Стас, в течение трех месяцев ходил в «Трудовые» и часами просиживал под столом (спустя почти полвека, он без смеха не может вспоминать о том далеком времени), ребята из первой сборной школы ходили в «Юность». Лотом рассказывали, что сегодня они изучали откидку справа, откидку слева, познали, как должны двигаться ноги, а как — рука, вооруженная ракеткой.
Словом, ребята взяли его с собой на тренировку в «Юность». Приехали. Тренер предложил ему переодеться и подойти к столу. Всего несколько ударов - и наставник, остановившись, предложил: «Давай-ка, начнем регулярные занятия». Но Стас-то уже занимался. «У кого?» — спросил тренер. «У Владимира Михайловича Чечерова в «Трудовых резервах». — «Тогда иной разговор: поезжай на тренировку и договорись с тренером, что переходишь к нам, в «Юность». Однако Владимир Михайлович сразу дал понять, что так негоже, что он — уже член иного спортобшества. Мальчишка — в слезы. Каким-то необыкновенным внутренним чутьем он был уверен в необходимости перехода.
А в «Юности» уроки настольного тенниса ребятишками преподавал..., точно, Сергей Давидович Шпрах. К Шпраху и приехал Стасик и все рассказал. «Хорошо, в таком случае садись и пиши», — и тренер продиктовал мальчику заявление о переходе, а Сергей Давидович сам решил все оргвопросы с переводом.
Первоначально Гомозков попал в группу Александра Олейникова, однако вскоре тот уехал из Москвы во Фрунзе, и паренек начал занятия уже непосредственно под руководством Сергея Шпраха, вместе с которым с ребятами занимались Виктор Харлампиевич Чахуриди и Александр Александрович Михайлов.
Пройдет с той поры много лет, и однажды в приватной беседе (скорее всего, она состоялась году в 75-м) Шпрах поделится с Гомозковым: «А знаешь, когда Олейников собрался уезжать, он на прощание сказал про тебя: «Этот паренек скоро станет великим игроком».

Все началось с цифры «13»
Но прежде чем это произошло, предстояло прожить еще немало тренировочных и соревновательных лет. Так уж исторически сложилось, что с появлением в Москве «Юности» главная борьба в юношеских баталиях развернулась между представителями школьного спортобщества и «трудовиками» в лице сокольнического спортклуба «Шахтер», возглавлял который тренер всех сборных страны Валентин Сергеевич Иванов. Конкуренция возникла (и продолжалась многие годы) нешуточная. «Шахтеровец» Алексей Фрог громил всех и вся, собирая медали юношеских первенств столицы не только в своем возрасте, но многих, кто постарше, он обыгрывал регулярно. К тому же в «Шахтере» занималась большая группа ребят, тренируясь с которыми Алексею удавалось поднимать планку мастерства: Федоров и Вудынский, Татеосов и Рябчиков, какое-то время — Бродский. «Юность» помимо Гомозкова противопоставила им Орлова, Саркисяна, Козлова и Устинова. Так или иначе, но Станислав не был в Москве явным лидером среди юношей.
Тем не менее, в 69-м в Лиепае он уже входил в юношескую сборную столицы, ставшую победительницей командного чемпионата страны. Станислав уже занимает третью строку в итоговых таблицах личных соревнований, в которых побеждает Константин Дмитров.
Кто сказал, что число «13» — несчастливое? Когда в 63-м Станислав впервые сыграл во взрослом чемпионате страны, то оказался на 13-м месте. Год спустя на подобном же турнире он был на 12-м. По окончании того чемпионата в Каунасе Станислав, расстроенный, подошел к Сергею Шпраху и с грустной улыбкой бросил: «Через 12 лет я стану чемпионом». Он ошибся совсем немного - на 11(!) лет.

...Мы беседуем со Станиславом в первых числах марта в его небольшой, очень уютной московской квартире.
Прошу вспомнить тот первый для него победный чемпионат.
Когда рижанин Зигмунд Калныньш узнал, что в финал вышел я, как мне рассказывали, улыбающийся ходил вокруг зала и потирал руки. Понятно, кто такой Гомозков для опытного игрока, прошедшего уже многие турниры, поигравшего в составе сборной СССР за рубежом? Зига, как все мы его называли, скорее всего, стал жертвой преждевременной уверенности в своем успехе. А если уверенность появляется рано, то очень скоро переходит в самоуверенность. Он получил 3:0, причем в первых двух сетах вообще игра шла только в его «калитку». В третьем же борьба — очко в очко, и мой соперник повел 20:17, то есть был в очке от выигрыша сета. Но... проиграл 5(!) очков подряд!

А на пути к финальной встрече был ли кто-то труднопреодолимым барьером?
Полуфинал с Николаем Новиковым. Коля был главным фаворитом чемпионата, он, как и Зига, уже успел поиграть в составе сборной СССР. Помню как сейчас последнее разыгранное в этой встрече очко — в пятой партии. Николай возвращал мяч после моей подачи, мяч попал в сетку и медленно покатился по ней слева от меня.
Я успеваю подскочить, готовлюсь «убить» мяч, а он, назло сопернику, скатывается с сетки за стол...
Последний личный чемпионат страны сыграл в 1978-м, в Одессе, став вице-чемпионом СССР. В финале проиграл Сархаяну (2:3), хотя по ходу встречи вел 2:1. В пятой же партии шла равная игра, но последнее очко выиграл Саркис: он «кинул» мне высокую «свечу», я приготовился нанести удар, нанес, а мяч полетел за стол.

Вопрос, на который нет ответа
В сборную команду страны спортсмен, о каком бы виде спорта ни шел разговор, как правило, попадает через чемпионат страны. Так произошло и у Станислава. Год 64-й стал для него периодом резкого подъема. В том году чемпионат Европы по политическим мотивам был «смещен» из-за невозможности провести его весной в Западном Берлине. Европейский союз настольного тенниса принял решение провести турнир осенью в шведском городе Мальме.

В Мальме предстояло поехать пятерым нашим игрокам. А определить лучших собирались в отборочном турнире под крышей столь гостеприимного для «настольников» Дворца спорта «Крылья Советов». Главными претендентами на место в «пятерке» считались Анатолий Амелин, Зигмунд Калныньш, Николай Новиков, Давид Бродский и Геннадий Аверин. К ним тренерский штаб подключил Константина Дмитрова, Алексея Фрога и Станислава Гомозкова. Серия бескомпромиссных поединков завершилась выходом в финал Дмитрова и Гомозкова, в котором победил первый. Сомнений, казалось бы, не оставалось: если ты — второй в отборе, стало быть, в пятерку попадаешь. Это по логике так, а в жизни оказалось иначе: Валентин Сергеевич Иванов решил не включать Станислава в состав сборной СССР. Почему, где же «зарыта собака»? Более сорока лет прошло с того времени, а Станислав Николаевич не может ответить на этот вопрос.
— Я на него не мог ответить и десять лет спустя, и двадцать, да и, кроме самого Иванова, вряд ли кто-то смог бы ответить. Правда, у моего тренера Сергея Давидовича Шпраха не сложились тогда отношения с Ивановым, но было ли это причиной — я не мог сказать тогда, не могу и теперь, не смогу никогда...
Легко понять, что юноша (Станиславу тогда только исполнилось 16) был расстроен. А отец его, Николай Сергеевич, имея доступ к «большим» телефонам (по своему служебному положению), решил поинтересоваться причиной невключения сына в состав сборной СССР прямо у главы Госкомспорта Юрия Машина. Не владея информацией, тот имел возможность оперативно получить ее. А получив, сообщил, что на сына не успели оформить выездные документы.
Оригинально, не правда ли? Это в то время, когда документы, о которых выше сказано, оформлялись загодя, да еще и с количественным запасом, мало ли, кто-то заболеет, какие-то иные обстоятельства. Словом, Станислава, что говорится, «прокатили». И сейчас, когда, прошло уже более четырех десятилетий, вспомнилась старая русская поговорка «Нет худа без добра». В Харьков, где в январе — феврале 65-го проходил XV чемпионат СССР, оформлять документы не было необходимости, и Станислав поехал, приехал и победил. Но об этом уже рассказано. Когда же нужно было оформлять документы на выезд в Любляну на очередной чемпионат мира, поводов типа «успели-не успели» уже быть не могло. Вернее сказать, для того времени и тех порядков, что царили в нашем обществе, они могли бы возникнуть. К счастью, этого не случилось. Любляна стала для Станислава первым городом, в котором он оказался участником мирового форума настольного тенниса. А ведь и это можно нынче приравнять к юбилею.
Впрочем, Валентин Сергеевич Иванов, взяв Гомозкова в команду, дал ему сыграть лишь в последней встрече, с англичанами, за 7-е место, которую сборная СССР легко... проиграла (1:5). Прав ли был главный тренер? Видимо, прав. Ведь для Станислава это был первый большой во всех отношениях турнир. Юноша мог легко растеряться в столь представительных состязаниях, уступить там, где ему по потенциалу можно и должно было выиграть. Вспоминая об этом, он привел очень точную антитезу из своей тренерской практики:
— Когда я руководил женской сборной страны, то постепенно вырисовывалась вариативность состава команды. Стало ясно, что, к примеру, Люда Бакшутова, грозившая вырасти в отличную «защитницу», может стать козырем в конкретных командных матчах. Но для этого Люду требовалось предварительно «обстрелять». И тогда я стал включать ее в команду на международные соревнования, предшествовавшие главным турнирам сезона — чемпионату мира или Европы. Я не забывал свой печальный опыт, когда в Любляне, практически до этого «не понюхав пороха», я попал как «кур в ощип».

И снова — закулисье
Просматривая свои архивы, я обратил внимание на то, что в 71-м на чемпионате мира в Японии нет мужской команды СССР.

Почему не было мужской команды?
Приняли «мудрое» решение: выступать только в личных соревнованиях.

А чем это было вызвано?
Все началось после чемпионата Европы-70 в Москве. Наша команда заняла 3-е место, что было расценено как неудача. А в 71-м предстоял мировой чемпионат. Чем меньше времени оставалось до него, тем очевиднее становилось чье-то нежелание посылать нас в Японию. Толя Амелин внезапно оказался невыездным, Сако Сархаян был переведен в бесперспективные, еще бы, ведь ему уже было 23 года. Словом, так или иначе, мы отправились на сбор в Находку, уже зная, что я и Толя Строкатов будем играть только в личных соревнованиях. Нонсенс, да и только! Но когда в Находку за два дня до вылета в Японию приехал руководитель делегации, то наш главный тренер Геннадий Аверин получил от него информацию: у Гомозкова нет паспорта, о чем мне было и сказано. Подумалось, уж не повторение ли «истории» образца 64-го года? Однако вслух я высказал иное: «Нет паспорта — прошу билет до Москвы». «История» 64-го все же не повторилась, и мой паспорт был доставлен в последний момент, на флажке, как выражаются шахматисты...

Счастливый лотерейный билет
1971-му году предшествовали две победы — в смешанной паре с Рудновой на континентальных соревнованиях, три выигрыша личных чемпионатов СССР и уйма иных достижений. Спустя четыре года после Нагойи (1971 г.) состоялась его самая значимая победа — выигрыш в смешанных парных соревнованиях на чемпионате мира в Калькутте (1975 г.) вместе со свердловчанкой Татьяной Фердман.

Играл с Рудновой (и не просто играл, а по высшему разряду), а тут вдруг — новая пара. И сразу — чемпионы мира. Как же все это произошло?
Подзабыли, чувствую, Эдуард Яковлевич. Что ж, напомню. Руднова по состоянию здоровья в этом чемпионате мира не участвовала вообще.

Но, быть может, тогда и не стоило играть «микст»?
Это исключалось по нашей тогдашней идеологии: государство тратит деньги, стало быть, обеспечьте максимальное участие и добейтесь высоких результатов.

Будто бы сейчас иная идеология... И все же, как возник этот «микст»?
По остаточному принципу: Сархаян уже давно играл с Антонян, Строкатов — со Станкене (Гедрайтите), Бурназян — с Федоровой (Гринберг). Мне и Тане оставалось, таким образом, составить еще одну смешанную пару. На сборе разок сыграли, получалось, мягко говоря, не ахти...

Есть подозрение, что у вас с Таней была «задача» — не очень задерживаться в соревновательной сетке?
Не совсем так, но что-то близкое к этому было. Первыми соперниками (в 1/32 финала) у нас оказались югославы — Драгутин Шурбек и Мириан Корпа (Реслер). Прошли их неожиданно легко со счетом 3:0, далее со счетом 3:1 обыграли не самую лучшую китайскую пару.

А дальше появился «аппетит»?
Как сказать... Появилось, вернее, сохранилось желание просто поиграть. А в 1/8 финала — венгры: Габор Гергей и Генриэтта Лоталлер, в то время одна из сильнейших «защитниц» Европы. Кстати, до этого мы с Рудновой дважды встречались с венграми и оба раза выигрывали со счетом 3:2. Тут вспоминаю знаменитого венгра Золтана Берцика, он тогда руководил сборной страны. Увидев, что его подопечным предстоит сыграть не с парой Гомозков — Руднова, он воспрянул духом, заулыбался, подошел к нам, и было видно, что уверен в успехе своей пары. Вышло наоборот — 3:0, а Золтан уже без улыбки бросил: «Не можно!», что в переводе, видимо, означало, что произошло невозможное. А за выход в четверку, что уже означало бы как минимум — получение медали, нам предстояло сыграть с одной из сильнейших тогда китайских пар — Лю Яншень и Ху-Юлань, оба, кстати, великолепные защитники.
Первый сет мы проиграли на «больше — меньше». В паузе я обратился к Тане: «Прошу тебя, никаких выкрутасов, только откинуть мяч на ту сторону, больше ничего!» Когда в четвертом сете мы повели 20:13, Таня вдруг спрашивает: «Можно сейчас ударю?» - «Бей!» И она выиграла последнее очко в этой встрече, мы вышли в полуфинал, где предстояло сыграть с японцами —Сигео Ито (чемпион мира 1969 г.) и Юкие Озеки. Борьба в первом сете (22:20 — мы его выиграли), а в двух следующих — без вариантов — 21:11, 21:15, и мы вышли в финал против Саркиса Сархаяна и Эльмиры Антонян. Здесь по сравнению с полуфиналом все произошло с точностью до наоборот: в двух первых партиях соперники набрали по 13 очков, а вот в третьей... В третьей сложилось так, что могла возникнуть и четвертая: в концовке мы проигрывали 17:20, но... Но затем, в следующих семи розыгрышах выиграли 6:1, то есть в целом — 23:21, после чего и стали обладателями золотых медалей.

И все-таки удивительно, играя практически «с листа», победить в чемпионате мира. Не могу не вспомнить, что Таня на том же чемпионате стала бронзовым призером в одиночных соревнованиях, чего ни до, ни после не удалось достичь никому из наших теннисисток. Сдается, что ее тогдашняя подготовка оказалась на высоком уровне?
Мне не хотелось бы касаться этой темы. Да, факт остается фактом: ведь за выход в финал Татьяна проиграла будущей чемпионке мира Юн Сун Ким из Северной Кореи 2:3, ведя по ходу встречи 2:1. Вспоминаю, как в той встрече возник вынужденный, почти часовой перерыв: калькуттский дворец спорта строился, видимо, в спешке, и кровля, попав под дождь, начала активно пропускать воду. Возник переполох, чемпионат оказался под угрозой срыва, но кое-как протечку ликвидировали, игры продолжили, а Тане эта пауза пошла во вред. Кстати сказать, ведь Таня попала на чемпионат тоже случайно, вместо Рудновой.

Чем хуже - тем лучше
Год 75-й оказался в его жизни все-таки неоднозначным. Сначала наступил период дифирамбов на каждом углу, звание «Заслуженный мастер спорта», почетная грамота, денежная премия — где-то около двух тысяч рублей, что по тем временам было несоизмеримо больше нынешних ста тысяч. А затем произошел крутой поворот: среди огромного количества игроков, включенных кандидатами во всевозможные сборные команды страны, его фамилии не оказалось. В чем дело? На этот вопрос ему никто не ответил: в Федерации кивали на тренеров сборной, дескать, списки подают они (тогда ими были Алексей Барабанщиков и Юрий Газарьян). И Станислав решает найти истину у зампреда Госкомспорта Валентина Сыча. Почему у него? В бытность начальником управления спортигр Валентин Лукич активно занимался чемпионатом Европы-70, проводившимся в Москве. Тогда-то и сложился у Гомозкова и Сыча — какой-то незримый контакт, проще говоря, нормальные отношения спортсмена и спортивного руководителя. Разговор оказался недолгим, а результат - не очень-то стандартным: оба тренера были освобождены от работы.

Не могу понять, даже сейчас, спустя много лет, почему все-таки шла методичная «работа» по «отцеплению» ведущих игроков то одними тренерами, то другими?
Ну, по-любому, и тогда, и сейчас не очень мне все это понятно. Я не могу похвастать тем, что понимал все это тогда, но вот сквозь годы, пожалуй, пришел к одному выводу. Уровень тренеров был, скажу так, не всегда самый высокий. Да еще опасение потерять место, престижное, довольно теплое... За плохие результаты можно было в один день слететь с удобного стула. Здесь такой расчет: если уберем опытных, заменим молодыми, тогда спрос с нас будет отодвинут во времени и мы всегда сможем оправдаться, дескать, молодым нужно еще приобрести опыт. А потом? А потом — куда кривая вывезет, глядишь, и молодые «состарятся», заменим юными. Незатейливо, но этот прием позволял жить долго и счастливо... Я мог, конечно, продолжить тренироваться и играть. Но осадок возник. Думаю, вполне объективно.

Финиш, которого не ждали
Последним годом, когда он еще брал ракетку выходил к столу и редко кто мог у него выиграть в стране, стал 1978-й. Год, в августе которого ему исполнилось уже 30 лет. Уже или еще? Вопрос, думается, не праздный. К примеру, знаменитый француз Жак Секретэн, приехавший играть на чемпионат Европы-84 в Москву имел в анкете, в графе «возраст» цифру 35, или, скажем, югослав Драгутин Шурбек, ведь он почти до сорока лет выходил к столу. Подобных примеров можно привести немало. А он, Гомозков, в неполные 30 зачехлил ракетку. Нет, так будет неверно, ведь уже вскоре он перешел на тренерскую работу и (в отличие от многих тогдашних наших тренеров) мог не только рассказать, но и показать практически любой из элементов игры.
Так что же, в конце концов, подвигло его на этот крутой поворот? Надоели то и дело возникавшие дрязги? Захотел поделиться с юными своим богатейшим опытом? Ощутил, что вот-вот настанет миг, когда уже трудно будет бороться с совсем еще неопытными, но талантливыми мальчишками?
Пусть на эти вопросы он ответит сам.
Удивительно, но факт: летом 78-го меня начали... уговаривать перейти на работу в Спорткомитет, тренером. А главным «уговорщиком» оказался тогдашний гостренер Владимир Косматов. Впрочем, я уже был тренером юношеской сборной... Так или иначе, но в 79-м на чемпионате СССР мне, попросту говоря, сыграть не дали.
Еще в 77-м он выступал на чемпионате мира в английском Бирмингеме, в те самые дни, когда в Москве скончался его отец. Станислав договорился с руководителем, что покинет чемпионат. Проститься с отцом — святое. Увы, возникла проблема с билетом в Москву, и он не смог сказать родителю последнее «прости»...

И какое было принято решение?
В конце концов, я пришел на службу в Госкомспорт. Пришел, так как мне казалось, что смогу принести пользу, что я что-то понимаю в своем виде спорта. Через год я понял, что там требовались совсем иные способности. Словом, меня официально оформили старшим тренером юношеской сборной с перспективой возглавить сборную взрослую. А в нашем настольном теннисе наметилась, объективно или по уже рассказанной мною «тактике», смена поколений. В то время у нас был весьма своеобразный принцип отбора игроков в юношескую команду страны. Все «варились» во внутреннем календаре, никаких выездов на международные соревнования. Затем составлялась команда, которую и отправляли на европейский критериум юниоров, преобразованный в юношеский чемпионат Европы. Мне, новоиспеченному тренеру, предстояло поехать в Караганду на юношеский чемпионат страны.
И там он увидел...

Жемчужина из Узбекистана
Флюре не было еще 15 (она родилась в Самарканде), играла по кадеткам и в финале уступила Инне Коваленко из Душанбе, а затем... Затем играла в старшем возрасте и победила.

Это не могло не привлечь внимания?
Уж, это точно. Бросалось в глаза полное бесстрашие перед авторитетами, хитрость игровая - беспредельная, что, на мой взгляд, говорило о незаурядности умственных способностей, зрелости тактического мышления. Будучи «защитницей», она как бы поставила передо мной целый ряд интересных проблем: что бы я мог, скажем, добавить ей в тактическую палитру? К примеру, научить владеть топ-спином с разных сторон, смене зон в игре и в одиночных ударах. Уже позже я обнаружил в ней удивительное качество: мгновенно схватывала все то, о чем ей говорилось, что ей рекомендовалось...

Через год его назначили главным тренером сборной команды СССР. И первое, что он сделал — ввел разделение двух команд — женской и мужской. На мужскую рекомендовал Яна Хярмса.
О Флюре, надеюсь, будет отдельный рассказ, штрихи же можно и сейчас вспомнить. В 81-м — чемпионка Европы среди старших девушек, в 88-м — чемпионка Европы. В 97-м они стали супругами, но об этом потом.
Недолго руководил Гомозков сборной. Что же тому стало причиной? Если коротко, то одна из мам, в прошлом, очень далеком прошлом игравшая на высоком уровне, предложила ему деньги (что всегда называлось взяткой) за место дочери в сборной. А он не согласился. Валентина Попова, Нарине Антонян, Людмила Бакшу-това, Флюра Булатова и Иоланта Данилявичуте (Прусене) — таков был его, Гомозкова, состав. Но когда со сбора в Вильнюсе он позвонил в Госкомспорт, чтобы этот состав подтвердить (так было положено), в ответ узнал, что Булатову заменили. На кого - было понятно.

Ну, и что сделал Гомозков после этого?
Звоню Владимиру Косматову выясняю, а он в ответ - тренерский совет утвердил. Моему возмущению не было предела. Прежде всего я понял, что предложенные мне деньги нашли своего адресата и сработали, как хотела обладательница этих банкнот.

Так что, замкнутый круг? Снова поиск правды? Ничего не попишешь: Станислав решил добиться истины. С помощью тогдашнего начальника управления спортигр Валерия Кудряшова, до этого бывшего начальником отдела выездов, несколько раз руководившего сборной СССР в ее зарубежных вояжах, вопрос был все-таки решен. А женская команда СССР выиграла чемпионат Европы-80 в Берне. Но кое-кто не унимался. И через три месяца после столь явного успеха создается комиссия на предмет установления соответствия (?!) Станислава Гомозкова занимаемой должности. Фантастика? Да нет, реальность!

И последний удар
Чемпионат мира 1981 года проходил в югославском городе Нови-Сад. Как обычно, команду собрали за лень до выезда, объявили состав и главного тренера... Владимира Волкова. «Помню, словно это было вчера, как при упоминании этой фамилии в комнате воцарилась тишина. Если по Гоголю, то немая сцена. А выйдя в коридор, кое-кто из девочек даже всплакнул», — рассказывает Станислав.
Тренером он все же остался, но уже в «Спартаке». Здесь, наверное, есть смысл остановиться вот на каком этапе его тренерской деятельности. В 1988 году настольный теннис впервые был включен в программу Олимпийских игр, проходивших в Сеуле — столице Южной Кореи. Руководить женской частью сборной Союза было поручено Станиславу Гомозкову, а право играть в Сеуле получили (слава Богу, состав на Игры определялся не в Госкомспорте) бакинка Валентина Попова (уже много лет она гражданка Словакии), харьковчанка Елена Ковтун и переехавшая в Москву Флюра Булатова.
Все в этом первом олимпийском турнире было в новинку. И то, что к сентябрю, обычно первому месяцу сезона, надо было постараться выйти на пик формы, что, как рассказывал потом Станислав, удалось не многим. Новыми для всех оказались регламент соревнований, распределение нагрузок по дням, отсутствие командных турниров и состязаний смешанных пар.
Вспоминаю оценки выступления теннисисток, которые тогда дал мне Станислав. По аналогии почему-то вспоминается и та пресловутая «комиссия», которая в 81-м решала вопрос о его, Гомозкова, «профпригодности». Я и сегодня не подпишусь под тем, что в ту комиссию входили профпригодные. Но, это — так, к слову пришлось. Вот что рассказал мне Станислав тогда, в 89-м году «- Самая опытная из наших теннисисток Валя Попова заняла 6-е место. Это хороший результат, если учесть, что, приобретая опыт, увы, теряешь другое. В групповом турнире она проиграла только будущей чемпионке — китаянке Чень Цзинь, но после сумела победить двух хозяек Игр. Ее высокий результат в полной мере соответствует качеству ее работы в подготовительный период.
Лена Ковтун также подтвердила правило: как готовишься, так и выступаешь. На заключительном сборе во Владивостоке я обратил внимание на то, что она явно не дорабатывает. Словом, играла Лена хорошо, хотя и уступила будущей бронзовой медалистке китаянке Яо Чжимин и проиграла венгерке Эржибет Урбан (во встрече, решавшей выход во вторую стадию).
Флюра Булатова заняла 5-е, самое высокое из наших участниц место. Еще в подготовительный период я постоянно убеждал, что ей вполне под силу получить одну из олимпийских медалей. И это не было так называемой «психотерапией». По своему классу и уровню подготовки она была к этому готова. Но не получилось. Почему? Задавая этот вопрос самому себе, я пришел к выводу, что нам не удалось достичь необходимой психологической свежести, не хватило времени сбросить тот нервный груз, что свалился на нее в начале года на чемпионате Европы в Париже, где она славно потрудилась и на команду, и на себя. Не хватило самой малости — удачи: попади она
в четвертьфинале на любую из спортсменок Азии, а тем более Европы, кроме победительницы — китаянки Чень Цзинь (она, имея высокий класс, еще и левша, что для Флюры большим неудобством), Флюре досталась бы одна из медалей, не сомневаюсь в этом. Но ей в четвертьфинале выпало играть как раз с Чень Цзинь».
Гомозков не ограничился только этими краткими оценками. В лаконичной форме он рассказал со своей точки зрения о том, что нам следовало делать, дабы поднять качественный уровень ведущих игроков страны. Прошло уже 16 лет с того времени, но сказать, чтобы к нему прислушался кто-либо из «профпригодных», было бы, мягко говоря, лукавством.
Не знал Станислав в те дни, когда мы беседовали, что в самой недалекой перспективе его ждет еще один, как оказалось в дальнейшем, последний «удар» со стороны руководителей нашего настольного тенниса. В начале 89-го Флюра, будучи первым номером в европейской классификации, поехала на очередной турнир «ТОР-12» для дюжины сильнейших теннисисток континента. Уже по ходу турнира она почувствовала резкую боль в спине, обратилась к врачу и, получив от него рекомендацию, вынуждена была сняться с соревнований.
Станислав Гомозков вспоминает:
«Против нас с Флюрой со стороны Федерации настольного тенниса и спортивных чиновников началось какое-то давление, не поддающееся элементарной логике. Нас сделали чуть ли ни врагами народа, отказавшимися защищать спортивную честь страны. Сейчас не стану подробно описывать все перипетии того мерзкого, иного слова и не подберу, «сражения» умудренных жизненным опытом «дядь» против лучшей теннисистки и ее тренера, который не воспрепятствовал ее отказу продолжить турнир».
Но он-то сделал это из элементарных соображений, тех самых, что были и остаются правилами взаимоотношений тренера и спортсмена. А она? Она, как только поступили предложения подписать контракт, а они поступили сразу из Германии, Бельгии и Италии, выбрала итальянский клуб. Случилось это в том же 1989 году. Не долго думала она, когда поступило предложение выступать под итальянским флагом. В форме сборной Италии она играла на чемпионате Европы в 92-м и в том же году — на второй для себя Олимпиаде в Барселоне.
Ну а Станислав Гомозков длительное время помогал ей готовиться к международным турнирам, поработал в ее итальянском клубе, а затем оба они плавно, без официально организованных проводов из большого спорта, завершили спортивную биографию... Ни у кого и мысли не возникло такие проводы устроить. Несправедливо это. что еще сказать!

Флюра уже 16-й год живет в Италии, рядом он, у них свой бизнес, абсолютно не связанный со спортом. Она — реже, он — чаще приезжают в Москву. Почему он чаще? - Ну. хотя бы потому, что здесь у Станислава два сына, Александр и Дмитрий, уже взрослые, семейные. Страшно подумать, но он и дедушкой уже может стать. Нет, все-таки время бежит с какой-то дикой скоростью...
Мне хочется закончить этот, быть может, несколько фрагментарный рассказ о Славе Гомозкове темой, возникшей при нашей недавней встрече в Москве.

Что дали нововведения?
В конце 2000 года в настольном теннисе произошли весьма «крутые» изменения: был увеличен диаметр и вес мяча. Год спустя нововведения продолжились: партия сократилась с 21 очка до 11, а количество подач, выполняемых одним из соперников, с 5 до 2. Соответственно, увеличилось количество сетов, которые необходимо выиграть для победы в одной, отдельно взятой игре.

С позиции теннисиста, много лет действовавшего в совсем ином игровом «режиме», можешь дать сравнительную характеристику тем изменениям, которые произошли в содержании игры?
Мне сложно претендовать на профессиональное сравнение: для этого нужно было поиграть и в старом «режиме», и в новом. У меня нет, скажем так, мотива для сравнения: я не только не играл сам, но и никого не тренировал в новых условиях. Да, я видел соревнования, у меня сложилось свое мнение, однако оно несет сугубо субъективную и отнюдь не глобальную оценку, проще говоря, не бесспорную. Изменился размер и вес мяча. Стало быть, изменилась скорость его полета. Игрокам стало значительно сложнее.

Но кто-то при нововведениях был ближе к окончанию игровой карьеры, а кто-то — на ее первой стадии.
Естественно, первым оказалось сложнее. Изменение веса мяча повлияло на технику. Контакт мяча с накладкой увеличился. Для выполнения топ-спина потребовалось увеличить скорость. И если она в течение многих лет была одной, у игрока выработался определенный стереотип, то теперь, при «перестройке», увеличилось количество простых ошибок. Далее. Пришлось резко увеличить параметры физической подготовки, а такое достигается не сразу. Потребовалась более тщательная обработка мяча: изменение скорости даже на доли процента — серьезное изменение. Угол наклона ракетки пришлось менять практически при всех разновидностях ударов.
Теперь о другом. О психологии игры. Продолжительность сета сократилась. Возьмем, к примеру, такую цифру: сейчас в 7 сетах оптимальное количество разыгранных очков — 140. Раньше было — 5 сетов, а очков примерно 200. Таким образом, игровая нагрузка сократилась. На мой взгляд, я хочу это подчеркнуть, игра стала, как бы сказать точнее, более лотерейной. Сократилось время на осмысление игры, на осуществление перестройки. Если раньше игра была наполнена тактическим разнообразием, то сейчас такое практически исключено. По крайней мере, в ходе одного сета. Если раньше я веду в счете, скажем, 7:2, то для соперника еще ничего не потеряно. Сейчас сет в этой ситуации практически проигран.

А как все это выглядит для тренера-секунданта?
И ему, как я вижу, стало сложнее. Намного. Ведь сет сократился практически вдвое, и если необходимо внести коррективы в тактику своего игрока, то делать это приходится за суперкороткое время.

Правомочно ли в таком случае сказать, что в игре по современным правилам сократилась творческая сторона процесса?
Вернее будет сказать, что сократилась возможность длительного розыгрыша очка, что любит зритель. Однако у игроков определенного стиля и класса такое происходило и сорок лет назад. И тогда долгий розыгрыш очка нравился зрителю куда больше, нежели, скажем, розыгрыш двумя-тремя ударами.

Коль скоро мы коснулись позиции зрителя, то ведь еще давным-давно шли разговоры о телепоказах игры. Она, фигурально выражаясь, не умещалась в отведенное время, что, в конечном счете, якобы и привело к сокращению длины сета.
В том-то и дело: в одно и то же время раньше можно было «уложить» три партии, сейчас — семь. Спорт не стоит на месте. К примеру, произошли серьезные изменения в правилах волейбола. Я уже не останавливаюсь на «революционных» переменах в инвентаре ряда видов спорта. Настольный теннис не мог остаться в стороне от этих процессов. Кстати, хочу заметить, что к неоспоримым плюсам нововведений я бы отнес введение минутного перерыва. Если тренер правильно выберет момент, ситуацию, при которой следует взять перерыв, то это может принести игроку неоценимую пользу. В мое время этого не было. Не могу не сказать, что в нынешней игре увеличилось количество ситуаций, при которых спортсмен должен сыграть на максимальный концентрации, на пике, что для многих весьма и весьма сложно. Не все это выдерживают. Особенно это сложно для тех, кто в своей карьере, как говорится, уже «едет с ярмарки».

Давай, если не возражаешь, заглянем в недалекую перспективу. Пройдет, скажем, года 3—4, окончательно сойдут с арены те, кто играл еще в «очко» (до 21 очка, если точно), и вот тогда можно ли будет сказать, что от всех нововведений настольный теннис как игра получил прогрессивное развитие?
Ясно, что игроки станут в массе своей более атлетичны. Можно ли говорить о том, что игра будет прогрессировать? Затрудняюсь ответить. Ну, если, скажем, кому-то в голову придет мысль о повышении сетки, то это после увеличения параметров мяча еще снизит скорость его полета. Значит, снова возникнет проблема изменения навыков у спортсменов, а это потребует опять-таки времени. Не стану прогнозировать, поскольку это подчас дело неблагодарное.

Эдуард Фримерман, март-апрель 2005 г.


Внимание! У вас нет прав для просмотра скрытого текста.


 

Рейтинг новости:
 (голосов: 4)


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

Другие новости по теме

Комментарии (9)

  #9 написал: Avaev (25 апреля 2011 12:16)  
 
У Амелина справа был очень быстрый накат, примерно как у Стаса слева. Они такими накатами друг с другом мяч держали по несколько минут...
Кстати - оба пришли в НТ ПОЗДНО - в 13 и 11 лет. Талант не спрячешь.


--------------------
 
   
  #8 написал: vmg (25 апреля 2011 11:31)  
 
Цитата: Avaev
Быстрые контрнакаты, очень стабильно.

Тогда все так играли из шпраховской, да и не только, школы. Топс, навесной, применялся как начало атаки или по защите. Топс-удара еще не было, его начали ставить с начала 70-х. Хотя хорошим инвентарем, как Шпрах и считал, накат можно выполнять очень вариативно вплоть до топс-удара со стола. Ну в общем как сейчас китайские женщины играют. По Шпраху smile
 
   
  #7 написал: Су-27 (25 апреля 2011 10:46)  
 
Цитата: Барсук
ораздо интереснее было бы посмотреть на его игру в молодости

Можно поработать в архивах телевидения, но это стоит денег. было что-то около 9уе за минуту материала


--------------------
 
   
  #6 написал: Avaev (24 апреля 2011 20:35)  
 
Быстрые контрнакаты, очень стабильно.


--------------------
 
   
  #5 написал: Барсук (22 апреля 2011 22:30)  
 
Су-27,
Интересно, конечно посмотреть и послушать умного человека, но гораздо интереснее было бы посмотреть на его игру в молодости hi
 
   
  #4 написал: Су-27 (22 апреля 2011 22:20)  
 


--------------------
 
   
  #3 написал: Avaev (17 апреля 2011 23:48)  
 
Дмитрию читать про тренеров топов! greeting


--------------------
 
   
  #2 написал: geokond (17 апреля 2011 21:25)  
 
И фильм снять - "Шары ярости 3 - Гомозков против Креанги" nea
 
   
  #1 написал: Барсук (17 апреля 2011 18:19)  
 
Интересно было бы сравнить, у кого левый удар лучше - у Гомозкова или у Креанги? smile
 
   
 

Добавление комментария

 

Информация

  Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.  
 

 
1959 настольный теннис, 1966 настольный теннис, 2011 настольный теннис, 2012 настольный теннис, 2013 настольный теннис, Table Tennis, Table tennis world, Алексей Ливенцов, Альгимантас Саунорис, Анатолий Амелин, Анатолий Строкатов, Андрей Мазунов, Большой теннис, Валентин Иванов, Валентин Команов, Валентина Попова, Виктор Шергин, Владимир Воробьев, Владимир Мирский, Владимир Самсонов, Геннадий Аверин, Зоя Руднова, Ксения Туленкова, Лайма Балайшите, Настольный теннис РЕВЮ, ПЕРВЕНСТВО МОСКВЫ по Настольному ТЕННИСУ, Римас Пашкявичус, Роман Аваев, СССР настольный теннис, Саркис Сархаян, Сборная СССР по настольному теннису, Светлана Гринберг, Станислав Гомозков, ФНТР, Флюра Булатова, Шпрах, Эвелин Лесталь, Эдуард Фримерман, Юлия Прохорова, Яна Носкова, журнал настольный теннис, кинограмма, книга настольный теннис, настольный теннис, подачи в настольном теннисе, психология спорта, сборная России по настольному теннису, техника настольного тенниса, чемпионат СССР по настольному теннису, юмор настольный теннис

Показать все теги

^вверх^